Александр Павлович Войтович – экс-президент Национальной академии наук Беларуси, главный научный сотрудник Института физики им. Б. И. Степанова НАН, а также общественный и политический деятель. На его счету около 250 работ. В беседе с «Буслом» он рассказал о причинах деградации белорусской науки, нежелании молодежи заниматься исследовательской деятельностью, а также об отношении действующей власти к науке и возможности создания белорусской вакцины от COVID-19.

6AB6D300-4453-4FD4-8A93-3E1D47479752_w1023_r1_s.jpeg

Александр Павлович Войтович 


– Александр Павлович, на ваш взгляд, что сейчас переживает белорусская наука?

– Белорусская наука деградирует, она в очень тяжелом состоянии. Это один из аспектов того кризиса, в котором находится страна. Кризис у нас всеобъемлющий: экономический, политический, социальный. Все сферы жизнедеятельности находятся в кризисе. Чтобы понять, почему я так уверенно об этом говорю, я приведу цифры. В мире есть такой показатель развития фундаментальной науки как численность научных статей, опубликованных за год в стране, нормированная на численность населения. В данном случае я буду говорить на 100 тыс. жителей страны. Берутся статьи, опубликованные только в рейтинговых журналах. Беларусь по этому показателю третья с конца по Европе: 12 статей на 100 тыс. населения. Хуже нас только в Молдове и в Албании. В той же России – 56, в Латвии – 74, в Литве – 81, в Польше – 94. Это говорит о том, что фундаментальная наука в глубоком кризисе.

В прошлом году в Академии наук только четыре человека защитили докторские диссертации. Четыре человека на всю Академию наук! В 2000 году их было 31, хотя сотрудников академии было примерно в 1,5 раза меньше, чем сейчас. Это серьезнейший фактор, который говорит о том, что у науки нет омоложения, новые кадры не приходят. Процент докторов наук в НАН, старше 65 лет, равен 85%. Молодежи нет. Причина в государственной политике по отношению к науке. Науку опустили настолько низко в рейтинге занятий в стране, что нужно срочно поднимать. Кто пойдет на зарплату в 600-800 рублей? Это типичная зарплата старшего научного сотрудника. Кто может содержать семью за такие деньги, купить квартиру за такие деньги, с такой зарплатой у человека нет перспективы. Это результат государственной политики. Пока не зашевелится государственная политика, которая загнала страну в кризис во всех сферах, до тех пор ничего не поменяется и в науке.

– Может, исследовательская деятельность в вузах как-то стимулирует молодежь заниматься наукой? Есть ли она вообще?

– В вузах тоже есть исследовательская деятельность, но самого высокого уровня наука творилась всегда в Академии наук. Мы можем взять цифры защит и по стране. Там тоже ситуация очень плохая. В 2018 году в Академии наук защищено 7 докторских диссертаций, а в стране – 39 (примерно столько же было только в академии в 2000 году). Среди этих 39 большую долю занимают гуманитарные науки. Это хорошо, я рад за своих коллег, что, может, у них чуть лучше ситуация, но и там в общем тоже не хорошо. Академия – это часть науки, но в стране ситуация тоже плохая. Во-первых, потому что нет государственной политики, режим, который правит страной, не уделяет должного внимания науке. У нас в Беларуси система правления, которую часто называют вертикальной. Это же безответственная, ни перед кем не отчитывающаяся система. На самом верху сидит главный «вертикальщик», и все нижерасположенные «вертикальщики» перед ним. И на каждом своем уровне «вертикальщик» – практически полный хозяин. В результате: в Академии наук ситуация не анализируется, предложения по ее улучшению не вносятся.

Хороший пример-сравнение могу привести из советского прошлого. В 1969 году президентом Академии наук БССР был избран академик Борисевич. Когда его избрали президентом, он проанализировал ситуацию с наукой в Беларуси и сравнил ее с ситуацией в других республиках Советского Союза. И увидел, что ситуация плачевная. Он не побоялся написать письмо в ЦК КПБ Машерову и Киселеву, где привел все цифры и весь анализ. Он показал, что кандидатов и докторов меньше, чем в других республиках, студентов в высших учебных заведениях меньше. Хотя тогда ему могли предъявить национализм и уволить. Но он добился своего: улучшилась ситуация, были приняты меры, увеличилось финансирование. А сейчас люди не думают глубоко о деле, которым должны руководить. Почему не проанализировать ситуацию с наукой в стране, не сделать доступным этот анализ для общественности, не предложить необходимые меры для улучшения? Эта работа не делается.

– Белорусские вузы значительно уступают вузам других стран в мировом рейтинге. Причина та же?

– Здесь та же самая причина – государственная политика. Рейтинг вузов оценивается, в том числе и по той науке, которая делается в вузах. Науки нет – рейтинг низкий.

– Ситуация в стране ограничивает возможность международного научного сотрудничества?

– Страна в кризисной ситуации, но люди работают. Кто-то трактор выпускает, кто-то автомобиль, а научные сотрудники работают в науке. Естественно, у них есть связи с зарубежными коллегами. У меня за предыдущую пятилетку примерно 7 научных публикаций с зарубежными коллегами: испанцами, итальянцами, с россиянами. Конечно, научные сотрудники взаимодействуют.

– Мобильность ученых ограничена?

– С выездом за рубеж ситуация сложная, потому что финансирование науки исключительно плохое. Например, когда я ездил последнее время за границу, то в основном за счет принимающей стороны. Например, я и мой коллега из Соединенных Штатов в качестве содиректоров 5 раз проводили на Сицилии двухнедельную школу для молодых ученых-физиков. Деньги мы добывали. Есть программа НАТО «Наука ради мира», охватывающая страны, которые и не входят в НАТО. И мы оттуда получали деньги на проведение школы. И всякий раз, когда я ехал туда, мне оплачивалась дорога и полное проживание. Обычно в работе школы принимали участие примерно 3 молодых ученых из Беларуси, которым школа оплачивала расходы на питание и проживание на Сицилии.

– Лукашенко заявил, что мы можем создать свою вакцину от коронавируса. На ваш взгляд, это возможно?

– Я считаю, что мы не способны создать вакцину. Мы никогда не создавали свою вакцину, а выпускали кем-то созданную. У нас нет кадров, которые занимались бы этими вопросами, хотя и есть ученые, которые понимают всё это. Но разработка технологии – совсем другое, в технологии у нас нет опыта и технологических кадров. В конце концов, разработка вакцины стоит миллиарды долларов, которых у нас нет. В нашей ситуации такие заявления останутся только заявлениями. В довольно длительное ближайшее время на свою разработку можно не рассчитывать. А производить уже разработанную вакцину мы можем.

Популярные материалы:

Общество

Агурбаш: о каких песнях может идти речь?

«Славянский базар» продолжает терять участников. Практически каждый день артисты сообщают о своем отказе в участии на фестивале. Редакция «Бусла» связалась с белорусской певицей Анжеликой Агурбаш и узнала ее мнение о сложившейся ситуации.
Агурбаш: о каких песнях может идти речь?
Политика

Шушкевич: Боюсь, не обойдется без драки

В этот раз собеседником «Бусла» стал советский и белорусский государственный и политический деятель, бывший председатель Верховного Совета Республики ...
Шушкевич: Боюсь, не обойдется без драки
Общество

Федута: Лукашенко можно назвать фашистом

Мы пообщались с белорусским политическим деятелем, литературоведом и политологом Александром Федутой о политическом кризисе, фашизме и смене власти в ...
Федута: Лукашенко можно назвать фашистом
Экономика

Космическая одиссея Лукашенко: на связи с космосом

15 января 2016 года космическая ракета «Великий поход-3B», стартовавшая с космодрома Сичан, вывела на геопереходную орбиту первый белорусский спутник ...
Космическая одиссея Лукашенко: на связи с космосом
Общество

Лучше быть голубым, чем Лукашенко

«Лучше быть диктатором, чем голубым», — сказал Александр Лукашенко, в очередной раз отстаивая традиционные семейные ценности и нормы морали. Вероятно,...
Лучше быть голубым, чем Лукашенко